Без рубрики

Кредит за кредитом

С начала глобальной пандемии казахстанцы, сильно зависящие от кредитов, еще глубже погрузились в долги.

Многие граждане этого центральноазиатского государства прибегают к кредитам в попытке компенсировать неравномерный рост доходов за последнее десятилетие — для удовлетворения основных потребительских нужд, а также для оплаты медицинских услуг и недвижимости.

Но в течение 2020 и этого года для многих людей кредиты временно заменили зарплату. Многие предприятия и учреждения были вынуждены приостановить работу после того, как правительство объявило о блокировке в марте прошлого года. Ситуация оставалась неопределенной. Власти крупных городов непредсказуемо вводили и ослабляли ограничения. Эта нестабильная ситуация означала, что предприятия и учреждения не могли возобновить работу, и в результате многие люди столкнулись со снижением доходов или потеряли работу.

В сотрудничестве с независимыми казахстанскими СМИ Vlast.kz и Mediazona, openDemocracy публикует перевод своей новой статьи о ‘долговой ловушке’ в Казахстане.

Кредит за кредитом

До конца 2019 года семья Айгуль не задерживала выплаты по кредитам. Она работала в банке, а ее муж — в строительной компании. Они взяли несколько потребительских кредитов на лечение, электронику и другие предметы быта, будучи полностью уверенными, что смогут без проблем их выплатить.

У семьи не было достаточных сбережений для совершения крупных покупок, поэтому альтернативы взятию кредитов не было. <Чтобы платить по кредитам, мы продали все ценное, что у нас было. Затем мне пришлось брать другие кредиты, чтобы погасить предыдущие»

.

Когда началась пандемия, их долг достиг трех миллионов тенге ($7 600-$7 800), и как раз в этот момент Айгуль уволили с работы, а ее муж был вынужден взять длительный отпуск по болезни после перелома пятки.

«Я не ожидала, что мы так быстро разоримся и останемся без работы», — объясняет Айгуль. «Чтобы платить по кредитам, мы продали все ценное, что у нас было. Затем мне пришлось брать другие кредиты, чтобы выплатить предыдущие. Мы не могли сидеть и ждать, пока кто-то поможет погасить ежемесячный платеж. У моих родственников тоже есть свои кредиты»

.

Айгуль и ее мужу пришлось использовать часть денег, взятых в кредит, для покупки продуктов питания в течение года. Сегодня у них три кредита с общим ежемесячным платежом в 250 000 тенге (585 долларов).

Недавно Айгуль удалось устроиться на другую работу, но зарплата, которую она получала, была значительно меньше обещанной изначально.

People by Ravkat Mukhtarov.jpg

(c) Равкат Мухатров / Vlast.kz. Все права защищены

Периодически ей приходится продавать их имущество, чтобы выплачивать долги банкам. Из-за финансовых трудностей здоровье Айгуль ухудшилось, и ее состояние не улучшается.

Она не знает, кто мог бы помочь ей в сложившихся обстоятельствах: Айгуль и ее семья не надеются, что правительство Казахстана поможет.

Как возникла долговая проблема?

Казахстан — далеко не единственная страна, граждане которой оказались в долговой яме. За последние 50 лет кредиты помогли сгладить стагнацию доходов и жителям Запада.

После Второй мировой войны США и ведущие государства Европы начали проводить социально ориентированную политику, предоставляя людям основные услуги, надеясь уменьшить недовольство, которое вызвало несколько революций на заре 20-го века. Но в 1970-х годах растущие требования масс привели к стремительному росту инфляции.

Национальные правительства нашли выход из ситуации путем принятия мер жесткой экономии и сдерживания инфляции. Изменение политики почти сразу же привело к снижению или стагнации доходов, которая продолжается и по сей день. Чтобы компенсировать падение уровня жизни, западные правительства попытались дерегулировать свои финансовые сектора. Власти обещали обогатить людей, превратив самых богатых из них в пользователей инвестиционных продуктов. Для менее удачливых они предлагали поддерживать покупательную способность с помощью гибких форм кредитования. В конце 1990-х годов финансы стали проникать во все сферы жизни западных стран. Часто кредиты предоставляли людям единственную возможность удовлетворить свои основные потребности в еде, лекарствах и жилье.

В Казахстане эта тенденция задержалась. Широкое распространение услуг розничного кредитования началось только к середине 2010-х годов, после резкого падения цен на нефть, которое привело к девальвации национальной валюты в несколько этапов.

В Казахстане эта тенденция была замедленной.

Эти формы кредитования были призваны компенсировать слабый рост заработной платы — результат ползучей девальвации национальной валюты и роста стоимости импортных товаров

.

С тех пор объем кредитов физическим лицам в стране вырос более чем в два раза, достигнув 6,6 трлн тенге (более $17 млрд) к концу 2019 года. За это время широкое распространение получили микрозаймы, беспроцентные кредиты, рассрочка на приобретение различных товаров и услуг. Эти формы кредитования были призваны компенсировать слабый рост заработной платы — результат ползучей девальвации тенге и роста стоимости импортных товаров, которые занимают значительную долю в потребительской корзине казахстанцев.

Кроме того, эти услуги предоставлялись в рамках программы по повышению качества жизни населения.

Эти услуги предоставляли международные финансовые институты, такие как Citi, голландская банковская группа ABN AMRO и HSBC, которые активно вышли на казахстанский рынок в конце 1990-х годов. Местные игроки быстро переняли их подходы и инструменты кредитования, переведя их из премиального сегмента в средний сегмент клиентов.

Кроме ипотеки, они также предоставляли ипотечные кредиты.

Наряду с ипотекой, самым популярным розничным продуктом в 2000-х годах были кредитные карты. Однако рост неплатежей по этому каналу и потеря источников дешевого фондирования на Западе после финансового кризиса 2008 года побудили банки переключиться на дорогое розничное кредитование и обслуживание состоятельной категории клиентов.

Кредитование.

Кредитование для искоренения бедности?

В ответ на это начали развиваться микрофинансовые организации, особенно с популяризацией лауреата Нобелевской премии мира и бангладешского банкира Мухаммада Юнуса, который с 1980-х годов пропагандировал кредитование как способ искоренения бедности и регулярно посещал Астанинский экономический форум в Казахстане.

По мере замедления развития несырьевых секторов экономики Казахстана и роста стоимости внутреннего финансирования банки также начали переходить к более активному розничному кредитованию. Это совпало с цифровизацией кредитной индустрии страны, что означало беспрецедентную гибкость кредитов.

Внезапно почти все товары и услуги можно было приобрести с помощью беспроцентной рассрочки или полноценного кредита.

В середине 2019 года, сразу после президентских выборов, новоизбранный президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев решил провести кредитную амнистию для тех граждан, чьи долги не превышали трех миллионов тенге ($7,600-7,800). Эффект от этой меры оказался ограниченным, поскольку она изначально была направлена на социально уязвимые слои населения.

Другие группы граждан, в свою очередь, не смогли воспользоваться этой возможностью.

Другие группы граждан не получили никакой помощи, хотя их положение становилось не менее уязвимым.

«Я пообещала себе, что найду работу, чего бы мне это ни стоило, и взялась сразу за три дела»

.

Около четырех лет назад Марат, юрист по образованию, потерял работу. «У меня была депрессия, я не знал, чем заняться и как заработать деньги», — объясняет он. «С работой [стало] трудно, невозможно было найти работу в соответствии с моими навыками. И потом, даже если ты где-то устроишься, то будешь получать 150 000 тенге [$240-$350], которых не хватит ни на что». <Некоторое время Марат перебивался случайными подработками, подрабатывая сантехником. Но с мая по ноябрь 2020 года, в условиях хаоса глобальной пандемии, он не мог ничего делать. Ситуация осложнялась тем, что у него развилась тревожность и приступы паники из-за нехватки денег и смерти матери.

«В ноябре [2020 года] у него начались приступы паники.

«В ноябре [2020 года], чтобы выбраться из финансовых трудностей, я решил искать работу, даже несмотря на эту тревогу. Я взял себя в руки, поработал над собой и пообещал себе, что теперь я найду работу, чего бы мне это ни стоило», — говорит Марат.

«В ноябре [2020 года] я решил искать работу, даже несмотря на эту тревогу.

Работа утром, днем и ночью

Марата взяли водителем по доставке пиццы, но через несколько месяцев он стал работать и в «Яндекс.Такси» (с 6 утра до полудня), и в другой службе доставки (с обеда до позднего вечера)

.

К тому времени невозможно было даже найти работу, не взяв еще больше кредитов. Это было связано с тем, что для выполнения своих обязанностей Марату нужно было купить новую машину, а это можно было сделать только в кредит. Теперь в течение следующих семи лет он будет ежемесячно отдавать банку 100 000 тенге ($240) при ежемесячном доходе в 300 000-350 000 тенге ($700-$820).

Mall 1 by Daniyar Mussirov.jpg

Источник: Данияр Мусиров / Vlast.kz. Все права защищены

Марат — отец двоих детей. Его семья живет в съемной квартире. И хотя они хотели бы купить свой собственный дом, они не могут себе этого позволить. «В целом, если подсчитать, [каждый месяц мне приходится платить] 100 000 тенге за машину (240 долларов) и 120 000 (280 долларов) за квартиру», — объясняет он. «А еще нужно покупать еду, которая постоянно дорожает, и одежду для детей».

«Мой доход составляет около 10 000 тенге.

«Моего дохода на это не хватает, но ты работаешь как зверь каждый день, чтобы заработать хоть что-то [и выплатить кредиты]»

.

Марат отмечает, что многие водители и курьеры, с которыми он знаком, находятся в таком же положении. Большинство из них платят кредиты за свои автомобили, работая с утра до позднего вечера, а иногда даже в ночную смену.

Марат отмечает, что многие водители и курьеры, с которыми он знаком, находятся в таком же положении.

Как пандемия усугубила долговую проблему Казахстана

В период пандемии казахстанцы, потерявшие работу или большую часть заработка, продолжали брать кредиты, чтобы прокормить себя, оплатить лечение или закрыть существующие кредиты. В 2020 году кредитный портфель физических лиц в Казахстане вырос на 500 млрд тенге (почти $1,2 млрд), несмотря на более чем 2,6%-ное снижение ВВП страны.

В настоящее время, по данным компании, кредитный портфель физических лиц в Казахстане вырос на 500 млрд тенге (почти $1,2 млрд).

Сегодня, по данным одного из кредитных бюро, First Credit, из 9 миллионов экономически активных казахстанцев 7,1 миллиона имеют кредиты. На каждого казахстанца, по разным данным, в среднем приходится от 900 000 до миллиона тенге кредитов ($2 100-$2 300). Каждый год за кредитами обращаются 400 000-500 000 новых клиентов, а средняя сумма займа в год составляет 300 000 тенге ($700).

Во время второй кредитной амнистии в Казахстане была проведена вторая кредитная амнистия.

Вторая кредитная амнистия была одним из основных требований, выдвинутых на крупной общественной демонстрации после блокирования. Она была организована незарегистрированной Демократической партией Казахстана. Ее лидер Жанболат Мамай сообщил, что было собрано около 100 000 подписей за проведение кредитной амнистии.

Во время блокирования было собрано около 100 000 подписей.

«Во время блокировки многие люди потеряли работу и оказались в очень сложной финансовой ситуации»

.

«В основном люди брали кредиты на медицинские нужды. Иногда на образование. Часто это небольшие потребительские кредиты, на 300 000-350 000 тенге [$700-$820]. Но люди не могли выплатить даже их, потому что во время изоляции многие потеряли работу и оказались в очень трудном финансовом положении», — говорит Мамай.

Люди вынуждены занимать деньги на здравоохранение и образование из-за плохой социальной политики государства. Например, Казахстан предлагает бесплатное школьное образование, но не субсидирует обучение в колледжах и университетах, выделяя лишь небольшое количество грантов.

В то же время, это касается и здравоохранения.

То же самое касается медицинского страхования: граждане могут получить бесплатно только минимальный пакет услуг, но для более серьезного лечения могут потребоваться большие расходы, даже в государственных клиниках. Несмотря на то, что казахстанцы вновь и вновь просят помочь им справиться с кредитным бременем, правительство не проявляет никакого желания решать эту растущую финансовую проблему.

Mall 2 Ravkat Mukhtarov.jpg

(c) Равкат Мухатров / Vlast.kz. Все права защищены

Граждане, однако, продолжают выходить на улицы, возмущенные снижением заработной платы на фоне высокой инфляции и девальвации валюты. С конца 2020 года забастовки работников сырьевого сектора, сферы услуг и государственного сектора участились в нескольких регионах Казахстана.

Доходов недостаточно для выплаты кредитов

К концу мая этого года рабочие провели по меньшей мере 35-40 акций протеста по всей стране. Бастующие считают, что их действия оправданы, несмотря на риск остаться без работы. Подчеркивая необходимость повышения заработной платы, бастующие рабочие настаивают на том, что их нынешние доходы не позволяют им выплачивать кредиты или покупать основные продукты.

До блокировки Асыл работал в Национальной академии наук. С момента основания учреждение стало испытывать трудности — государство и другие власти приостановили финансирование различных проектов. Это привело к тому, что Асыл устроился работать водителем службы доставки по требованию. «Те люди, которые ушли из науки, сейчас заняты в других сферах», — говорит он.

«Те, кто постарше, ушли работать в рестораны [или] стали техническим персоналом, потому что их больше никуда не берут. Молодые стали работать в службах доставки. Но это [не только недавняя ситуация]. Если вы встретите любого курьера из Glovo, Wolt, Yandex или Chocofood [службы доставки еды] и спросите, где они работали до пандемии, многие скажут, что работали в обычных местах, в офисах.»

.

Асыл довольно быстро нашел новую работу, но вскоре его менеджеры обременяли его дополнительными транспортными расходами.

Когда он получил эту работу, у него был мотоцикл, который он решил продать с наступлением зимы. Вместо этого курьер решил купить автомобиль, для чего взял кредит.

» «Я не знаю, что делать.

«Мне пришлось брать кредиты еще несколько раз, и в результате у меня шесть кредитов — это в дополнение к другим платежам»

.

Купив автомобиль, Асыл стал пользоваться им каждый день, и поэтому ему часто приходилось его ремонтировать, менять различные детали и масло. Но однажды поломка оказалась более серьезной — ему потребовалась замена двигателя. На ту зарплату, которую он получал, он не мог себе этого позволить, поэтому ему пришлось взять еще один кредит.

Ремонт длился неделю.

Ремонт занял неделю, и в течение этого времени Асыл не мог работать. Когда подошел срок очередного погашения кредита и деньги закончились, он был вынужден взять еще один кредит.

«Я работаю днем и ночью, в свободное время подрабатываю таксистом, но денег все равно не хватает. Я живу в съемной квартире, мне приходится платить за квартиру, за коммунальные услуги. В месяц на все уходит около 110 000 тенге [$255]. Мне пришлось еще несколько раз брать кредиты, и в итоге у меня шесть кредитов — это помимо других платежей», — пояснил курьер.

.

Рынок Жанары Каримовой.jpg

(c) Жанара Каримова / Vlast.kz. Все права защищены

Компания Асыл недавно сократила зарплату, и рабочие объявили забастовку. После снижения заработка они едва могли позволить себе купить еду. Многие из курьеров снова взяли дополнительные кредиты, чтобы погасить предыдущие.

По словам Асыл, обращение в банки и микрофинансовые организации — это почти всегда единственный выход. «К кому еще я могу обратиться? Мои родственники почти все остались без работы, мама — пенсионерка, а отец умер не так давно», — объясняет он. «Государство ничем не может нам помочь — сейчас у государства тоже трудные обстоятельства».

СМИ обвиняют отдельных людей в безрассудстве

Различные казахстанские СМИ обвиняют в нынешнем положении дел финансовую безрассудность отдельных людей, но когда люди берут кредиты, они не следуют собственной жадности или желанию жить «не по средствам». Они пытаются выжить в условиях нестабильной экономики, которая не может обеспечить им рост доходов и гарантию занятости.

После краха экономики, который произошел в конце прошлого года, люди стали брать кредиты.

После распада СССР финансовая индустрия стала обещать людям богатую жизнь с изобилием товаров, если только они начнут регулярно пользоваться их услугами — и перестанут требовать от государства социальной политики.

Казахстанское государство само постоянно внушало людям истории о скором процветании нации, как только усилия граждан будут сосредоточены не на изменении политического устройства страны, а на достижении максимального экономического роста.

Вдохновленные периодом высоких цен на нефть и быстро растущего ВВП, люди были полны оптимизма, веря, что будущее уже наступило и они легко покроют все расходы по кредитам, которые им предлагали для компенсации низких доходов.

Как бы то ни было, но процветание не наступило.

Но утопии не случилось. За последние десять лет экономика Казахстана пережила множество неудач, и все они усугубили социально-экономическое неравенство и увеличили долговое бремя граждан.

Казахстанская экономика, как и все остальные страны, пережила много неудач.

Расширять возможности и защищать, а не запрещать: лучший подход к детскому труду

Запреты на детский труд не работают, потому что они игнорируют причины, по которым дети вообще работают. Именно поэтому Международный год борьбы за ликвидацию детского труда потерпит неудачу.

Если мы действительно заботимся о работающих детях, мы должны начать пытаться обеспечить их безопасность на работе, а не настаивать на полном прекращении работы. Участники нашей дискуссии, все защитники интересов работающих детей, предлагают нам новый путь вперед.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *